Если какая-то политическая идея и объединяла американцев на протяжении первой четверти тысячелетия, то это была идея о том, что единоличное правление — это ошибка. Большинство американцев также согласны с тем, что федеральное правительство работает медленно и некомпетентно. В совокупности эти факторы должны были сделать невозможным единоличное правление из Белого дома. И всё же именно это и делает президент: вводит войска, вводит пошлины, устанавливает контроль над центральным банком, приобретает доли в компаниях, запугивает граждан, чтобы заставить их подчиниться.
Иллюстрация: Диего Малло
Эффект ошеломляющий, но не популярный. Чистый рейтинг одобрения президента Дональда Трампа составляет минус 14 процентных пунктов. Это немногим лучше, чем у Джо Байдена после его провальных дебатов в прошлом году, и никто не беспокоился о том, что он слишком силён. Это загадка. Большинство американцев не одобряют Трампа. Но кажется, что он добивается своего везде. Почему?
Один из ответов заключается в том, что он действует гораздо быстрее, чем неповоротливые силы, которые его сдерживают. Он как алгоритм TikTok: привлекает внимание и переходит к следующему пункту, прежде чем его оппоненты успевают понять, что только что произошло. Верховный суд ещё даже не рассмотрел вопрос о законности ввода войск в Лос-Анджелес в июне. Пока судьи не торопятся, президент может вскоре повторить ту же процедуру в Чикаго. Суд может не выносить решение о законности его тарифов в течение нескольких месяцев. До сих пор президент подчинялся решениям Верховного суда, но если один законный путь будет закрыт, он попробует другой, и всё начнётся сначала.
Другой ответ заключается в том, что Республиканская партия всегда позволяет ему поступать по-своему. Дело не только в том, что он доминирует в ней, а его рейтинг среди республиканцев составляет почти 90%. Дело в том, что организационная идея партии заключается в том, что Трамп всегда прав, даже когда противоречит сам себе. Политические дебаты превратились в теологические споры, в которых стороны борются за истинный смысл его слов.
Независимые организации — компании, университеты или новостные агентства — могли бы выступить против него. Но они страдают от проблем с координацией. На это гораздо проще указать, чем исправить, потому что организациям, которые конкурируют друг с другом, пришлось бы сотрудничать. То, что плохо для Гарварда, может быть хорошо для его конкурентов. Если можно подставить одну юридическую фирму, её бизнес может перейти к конкуренту.
За всем этим скрывается неприглядная реальность: мстительность и запугивание со стороны Трампа. На предыдущих президентов оказывали влияние независимые эксперты и кабинет министров. Новое определение эксперта в Овальном кабинете — это тот, кто согласен с боссом. Тех, кто приносит плохие новости, увольняют; неудобных республиканцев отстраняют от участия в праймериз; бизнес-лидеров наказывают; в отношении оппонентов проводят расследования. В каждом из этих случаев рациональным решением будет извиниться, смириться и надеяться, что кто-то другой поступит правильно. Увидев, к чему это приводит, кто-то другой может предпочесть спокойную жизнь.
Таким образом, с политической точки зрения основная задача оппозиции ложится на плечи демократов. Они, мягко говоря, в замешательстве. Должны ли они бороться с Трампом, публикуя посты, написанные заглавными буквами, как это делает Гэвин Ньюсом? Всё дело в том, чтобы овладеть искусством аутентичности, как Зоран Мамдани? Они двигаются влево? Они занимают центристскую позицию? Проблема лишь в том, как донести информацию, и её можно решить, если только активисты перестанут называть женщин «рождающими людьми»?
Тот факт, что демократы не могут ни сдержать Трампа, ни даже чётко донести свою позицию, вызывает недовольство их сторонников. Рейтинг Трампа невысок, но он популярнее Демократической партии — не потому, что республиканцы и независимые избиратели её не одобряют (хотя и так), а потому, что демократы сами себя не одобряют.
В краткосрочной перспективе ненависть к себе может зайти слишком далеко. До промежуточных выборов ещё год. На десяти из 12 выборов в Палату представителей в этом столетии избиратели голосовали против партии, представители которой занимали пост президента. Джерримендеринг, в результате которого количество мест в Палате представителей, за которые идёт борьба, сократится с нескольких до почти нуля, означает, что даже такой непопулярный президент вряд ли потерпит сокрушительное поражение в 2026 году. Но демократическая Палата представителей, обладающая правом вызывать в суд, станет важным сдерживающим фактором для президентской коррупции и некомпетентности.
Однако в долгосрочной перспективе это выглядит как ложное утешение. Имиджу демократов нанесён ущерб. Избиратели больше доверяют демократам в вопросах здравоохранения, окружающей среды и демократии. Но по многим вопросам, которые волнуют избирателей, включая преступность и иммиграцию, они предпочитают республиканцев. На выборах 2024 года Камала Харрис была признана более радикальной, чем мистер Трамп. Говорить, что избиратели ошибаются или придерживаются сексистских взглядов, бесполезно.
Демография больше не является союзником демократов. При Трампе республиканцы добились прогресса в привлечении цветных и молодых избирателей. Демократы потеряли белый рабочий класс. Хотя они нравятся наиболее образованным избирателям, только 40 % американцев в возрасте 25 лет и старше имеют высшее образование. Эти изменения означают, что история, которую демократы долгое время рассказывали сами себе, — о том, что они представляют реальное большинство в Америке, но махинации республиканцев не дают им прийти к власти, — больше не соответствует действительности, если вообще когда-либо соответствовала. Теперь они выигрывают от низкой явки.
Спустя десять лет после прихода Трампа к власти демократы всё ещё недооценивают его. Он невероятно умело расставляет для них ловушки. Возьмём предстоящее голосование в Конгрессе по вопросу повышения потолка федерального долга: демократам придётся выбирать между дальнейшим сокращением иностранной помощи и закрытием правительства. Или возьмём ввод войск в города якобы для борьбы с преступностью. Демократы осуждают злоупотребление исполнительной властью. Трамп ставит их на одну сторону с преступниками и подвергает опасности. Или возьмём удары беспилотников по предполагаемым наркоторговцам. Трудно выступать против отсутствия какой-либо надлежащей правовой процедуры и при этом не выглядеть защитником жестоких банд.
Только они могут это исправить
У демократов есть выбор: идти ли на эти уловки. Многие из них справедливо полагают, что Трамп представляет опасность для демократических ценностей страны, и приходят к выводу, что уже одно — это должно сделать его токсичным для большинства избирателей. Увы, это не так. Вместо этого демократам следует задаваться вопросом: почему избиратели считают их экстремистами, а не того парня, который пытается установить единоличное правление?
По материалам The Economist
