Беспилотники средней дальности могут создавать запретные для передвижения зоны глубиной в десятки километров. На востоке Украины и в северо-восточной части Сумской области идут ожесточённые бои. На Запорожском фронте ежедневно происходят сражения, но войска не видят никаких признаков подготовки к новому крупному наступлению России. Что касается боеприпасов, то, в отличие от предыдущих периодов, украинские солдаты не жалуются на нехватку артиллерийских снарядов. Однако характер войны меняется, и украинские силы готовятся к этому.
Солдат 65-й механизированной бригады Сухопутных войск Украины проводит полевые испытания боевого дрона наземного базирования «Гном-2». Getty Images
Картель и его люди выдвигаются. Сегодня его артиллерия прикрывает часть запорожского фронта Украины, а сам он управляет орудиями из дома в 8 км от линии соприкосновения. Его команда из 128-й горно-штурмовой бригады следит за изрезанными войной сельскохозяйственными угодьями с помощью разведывательных беспилотников, и Картель отдаёт приказы о нанесении ударов при обнаружении цели. До января они располагались ближе к линии фронта, но российская артиллерия вынудила его переместиться вглубь территории, контролируемой Украиной. Теперь из-за большого количества беспилотников зона поражения расширилась, поэтому «мы уходим в подполье», — говорит Картель. Их бункер будет готов к середине августа.
Увеличение глубины зоны поражения — территории в радиусе до 15 км по обе стороны от линии фронта, где беспилотники делают передвижение крайне опасным, усложняет проведение операций. В течение следующего года за счёт увеличения количества беспилотников средней дальности появится второй уровень. Это поставит под угрозу логистику, артиллерию и военные формирования, находящиеся на расстоянии 60 км и более от фронта. Беспилотники средней дальности заполнят пробел между беспилотниками большой дальности, для глубоких ударов, и беспилотниками малой дальности, которые используются на передовой.
Дорога из Запорожья в Орехов проходит через село Камышеваха. Фермеры заняты сбором урожая, и здесь много военных и гражданских машин, хотя российские войска находятся всего в 18 км к югу. Местные жители и расквартированные здесь солдаты настолько привыкли к звукам далёкой артиллерии, что почти не замечают их. Столбы дыма могут быть от позиций, по которым был нанесён удар, или от фермеров, сжигающих стерню. Пока что дорога относительно безопасна.
Быть обнаруженным в радиусе 2 км от линии фронта равносильно смертному приговору. Риск снижается с увеличением расстояния: у небольших дронов-камикадзе ограниченное время полёта, и чем дальше они улетают, тем выше вероятность, что их собьют или заглушат.
Бои в центральной части Запорожского фронта стали бессистемными. На его концах ситуация иная. За последние несколько дней российские войска продвинулись в районе Каменского на западе. На востоке они стремятся окружить Гуляйполе, важный логистический центр. Руслан Микула, соучредитель Deep State, украинской онлайн-карты, отслеживающей перемещения на линии фронта, говорит, что цель России — продвинуться на север до реки Конка. Приток Днепра, протекающий рядом с главной дорогой в районе Комишувахи. По его словам, у русских не хватает живой силы для такого рывка. Многие из их солдат, которые раньше воевали здесь, были передислоцированы в Сумы.
Украинские солдаты говорят, что вдоль линии фронта небольшие группы солдат отправляются на задания, чтобы попытаться занять позиции. Владислав Пинчук, командир артиллерийского подразделения 241-й бригады, говорит, что в последние несколько недель он заметил растущее нежелание выполнять приказы. «Здесь не хватает людей, а у тех, что есть, нет мотивации». Перехваты показывают, что солдаты не бросают открыто вызов приказам, которые считают самоубийственными, а скорее тянут время и придумывают отговорки, чтобы их не выполнять.
На пшеничном поле солдат из подразделения беспилотников «Тайфун» с позывным Тофу наблюдает за испытаниями четырёх беспилотников «Шерш» средней дальности. Размах их крыльев составляет 3,5 метра, и они могут нести 8 кг взрывчатки. Они предназначены для «больших, очень важных целей», говорит Тофу. По его словам, удар одного из них может остановить поезд, не говоря уже о танке. Сейчас они в основном используются для уничтожения российской артиллерии. Цели для этого типа ракет обычно находятся на расстоянии 50–60 км, но они могут лететь и дальше. Это означает, что экипаж может действовать из глубины безопасной украинской территории, а не вблизи линии фронта.
«Шерш» летит высоко, чтобы избежать обнаружения системами радиоэлектронной борьбы. Он резко пикирует, чтобы поразить цель, а не снижается постепенно, а устройство захвата цели означает, что его нельзя заглушить, когда он приближается для нанесения удара. Но у русских есть аналог, говорит Тофу: «Молния». Она летит очень низко, и по качеству и точности уступает «Шершу», но у русских их больше. В отличие от дешёвых дронов-камикадзе малой дальности, «Шерш» стоит около 8000 долларов, что в семь раз дороже «Молнии». Обе стороны стремятся разработать сложные системы наведения с использованием искусственного интеллекта для своих дронов средней дальности. В течение следующего года они могут снова изменить ход боевых действий.
По материалам The Economist
