Реакция арабских государств на удары Израиля по Дохе была в основном гневной и напыщенной. Они хотят, чтобы Дональд Трамп сделал выбор: они или Израиль. Дипломатия требует избирательной памяти. Лидеры арабских и мусульманских стран собрались в Дохе, чтобы осудить недавнюю атаку Израиля на столицу Катара.
Арабо-исламский чрезвычайный саммит в Дохе, Катар-15 сентября 2025 года. EPA
Одним из участников был президент Ирана Масуд Пезешкян. «Израиль наносит удары, где хочет, и делает, что хочет», — сказал он. Неважно, что тремя месяцами ранее Иран выпустил по Катару собственный залп баллистических ракет: нарушение суверенитета плохо только тогда, когда его совершает кто-то другой.
Несмотря на моменты лицемерия, саммит стал однозначной демонстрацией поддержки Катара. Все согласились с тем, что Израиль поступил неправильно, разбомбив эмират в ходе неудачной попытки убить лидеров палестинской военизированной группировки ХАМАС. Но было не так ясно, что с этим делать. Иран, например, призвал к созданию «исламского НАТО» — идея, которая так и не была реализована, учитывая, что многие арабские режимы считают Иран угрозой.
Катар сам по себе мало что может сделать, по крайней мере в одиночку. Начнём с очевидного: военного ответа не будет. Катар слишком мал, чтобы бросить вызов Израилю, и его цель — избежать конфликта, а не разжигать его. Он также не может угрожать разрывом дипломатических или экономических связей с Израилем, поскольку у него их нет. Катар уже добился принятия единогласной резолюции Совета Безопасности ООН, осуждающей удар. Он также мог бы попытаться привлечь Израиль к ответственности в Международном суде. Но такие шаги носят скорее символический, чем содержательный характер.
Любой серьёзный ответ должен быть согласован с другими странами Персидского залива и арабскими государствами, которые часто не могут прийти к единому мнению. Например, официальные лица Катара призвали Объединённые Арабские Эмираты (ОАЭ) ухудшить отношения с Израилем. Эмиратцы предприняли несколько скромных шагов: вызвали заместителя посла Израиля для демарша и запретили израильским компаниям участвовать в авиасалоне в Дубае в ноябре. Но они не решаются пойти дальше (хотя ситуация может измениться, если премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху выполнит свою угрозу и аннексирует часть оккупированного Западного берега).
Дипломаты в странах Персидского залива рассуждали о других возможных мерах, таких как закрытие воздушного пространства для израильских самолётов. Ни одна из них не была включена в итоговое коммюнике саммита в Дохе, которое изобиловало шаблонными фразами. Из-за этого некоторые произраильские аналитики утверждают, что осуждение удара было в основном формальным. Другие арабские страны могут публично осуждать Израиль, но в частном порядке они возмущены тем, что Катар поддерживает исламистские группировки, и не будут действовать от его имени.
Это ошибочное мнение. «Это стало тревожным сигналом для всех нас», — говорит один дипломат из стран Персидского залива, который часто критикует Катар. «Мы считаем, что наша общая безопасность взаимосвязана, и Израиль нанес ей ущерб», — говорит другой. Сдержанная реакция просто отражает реальность: страны Персидского залива не имеют большого влияния на правительство Нетаньяху. Однако если они не смогут оказать давление на Израиль, то вместо этого они попытаются оказать давление на ближайшего союзника Израиля.
На протяжении десятилетий отношения между Америкой и шестью государствами Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) — Бахрейном, Кувейтом, Оманом, Катаром, Саудовской Аравией и ОАЭ — строились на взаимовыгодных условиях. Америка защищала государства Персидского залива, а они в обмен гарантировали надёжные поставки нефти и газа и использовали часть своих углеводородных богатств в интересах Америки.
Эта сделка уже начала трещать по швам после спонсируемых Ираном атак на Саудовскую Аравию в 2019 году и на ОАЭ в 2022 году, ни одна из которых не вызвала решительной реакции со стороны США. Страны Персидского залива хотят более решительной реакции: не только твёрдого обещания, что Израилю не будет позволено нанести ещё один удар, но и более формальных гарантий безопасности.
Если Америка откажется, у стран Персидского залива останутся рычаги влияния на своего защитника, но им может быть сложно их использовать. В 2020–2024 годах Катар был третьим по величине импортёром оружия в мире, уступая только Украине (которая находится в состоянии войны) и Индии (население которой почти в 500 раз больше). Саудовская Аравия заняла четвёртое место, а Бахрейн, Кувейт и ОАЭ вошли в топ-25. Крупнейшим поставщиком для каждой из этих стран является Америка. Страны Персидского залива могли бы обратиться к другим поставщикам, что уменьшило бы влияние Америки в регионе и нанесло бы ущерб её оружейной промышленности.
Однако это легче сказать, чем сделать. Покупка оружия у соперников Америки вызовет гнев обеих партий в Вашингтоне. Кроме того, это создаст практическую проблему: системы из России и Китая несовместимы с оборудованием, произведенным членами НАТО. Страны Персидского залива могли бы покупать меньше у Америки и больше у ее союзников; например, турецкие беспилотники уже пользуются большим спросом в регионе. Они также могли бы активнее инвестировать в местное производство оружия, что уже является целью для Саудовской Аравии и ОАЭ. Но для реализации таких шагов требуется время.
Ещё один рычаг — экономический. В мае Трамп совершил четырёхдневную поездку по Саудовской Аравии, Катару и ОАЭ. Он вернулся домой, заявив, что торговые и инвестиционные сделки составили 2 триллиона долларов (эта цифра почти наверняка была завышена). Страны Персидского залива могут пригрозить отменой некоторых запланированных инвестиций. Но и в этом случае они рискуют разозлить переменчивого президента и поставить под угрозу собственные усилия по развитию ненефтяной экономики. Саудовская Аравия и ОАЭ делают ставку на американские компании в сфере искусственного интеллекта не только для того, чтобы угодить Трампу. Они также хотят развивать собственные технологические отрасли.
После двух лет региональной войны страны Персидского залива возмущены кровавой бойней в секторе Газа, озадачены непрекращающейся враждебностью Израиля по отношению к новому сирийскому правительству и обеспокоены возможным возобновлением боевых действий с Ираном. Они хотят, чтобы Трамп сделал выбор. С одной стороны, давний союз с клубом богатых проамериканских монархий; с другой — его безграничная дружба с господином Нетаньяху, непопулярным премьер-министром, который, по мнению многих израильтян, ведёт страну к краху.
С точки зрения Абу-Даби, Дохи или Эр-Рияда, выбор невелик. Их проблема в том, что, по крайней мере до сих пор, Трамп вёл себя так, будто выбор есть.
По материалам The Economist
