По словам очевидцев, запрет на контакты между не состоящими в родстве женщинами и мужчинами привёл к тому, что многие женщины остались без медицинской помощи, а некоторые оказались погребены под завалами после смертоносного землетрясения.
«Казалось, что женщины невидимы», — сказал один из волонтёров, ставший свидетелем спасательных работ на востоке Афганистана. Agence France-Presse через Getty Images
Первые спасатели добрались до деревни Биби Айши более чем через 36 часов после того, как в воскресенье землетрясение разрушило поселения в горных районах восточного Афганистана. Но вместо того, чтобы принести облегчение, они лишь усилили её страхи: среди них не было ни одной женщины.
Афганские культурные нормы, которые правящий режим «Талибана» соблюдает даже в чрезвычайных ситуациях, запрещают физический контакт между мужчинами и женщинами, не являющимися членами семьи. По словам 19-летней Айши, в селе Андларлукак в Кунарском районе команда спасателей поспешно вынесла раненых мужчин и детей и оказала им первую помощь. Но её и других женщин, и девочек-подростков, у некоторых из которых шла кровь, оттолкнули в сторону, сказала она.
«Они собрали нас в одном углу и забыли о нас», — сказала она. Никто не предложил женщинам помощь, не спросил, что им нужно, и даже не подошёл к ним.
Тахзибулла Мухазеб, доброволец-мужчина, который отправился в Мазари-Шариф, также расположенный в провинции Кунар, рассказал, что члены медицинской бригады, состоявшей только из мужчин, не решались вытаскивать женщин из-под обломков рухнувших зданий. Пострадавшие женщины оставались под камнями в ожидании, пока женщины из других деревень доберутся до места и откопают их.
«Казалось, что женщины невидимы», — сказал 33-летний Мухазеб. Он добавил: «Сначала помощь оказывали мужчинам и детям, но женщины сидели отдельно и ждали своей очереди».
По его словам, если рядом не было родственников-мужчин, спасатели вытаскивали мёртвых женщин за одежду, чтобы не прикасаться к ним.
По данным правительства Афганистана, в результате землетрясения магнитудой 6 баллов, разрушившего бесчисленное количество посёлков и деревень, погибло более 2200 человек и ещё 3600 получили ранения.
Реакция на землетрясение, произошедшее в воскресенье, стала воплощением двойных стандартов, с которыми сталкиваются женщины и девочки в Афганистане, по мнению гуманитарных групп и организаций. Они оказались в ловушке: с одной стороны, под завалами, с другой — под гнётом гендерной дискриминации.
«Женщины и девочки снова примут на себя основной удар этой катастрофы, поэтому мы должны сделать так, чтобы их потребности были в центре внимания при оказании помощи и восстановлении», — заявила на этой неделе специальный представитель ООН по Афганистану Сьюзан Фергюсон.
Хотя «Талибан» не опубликовал данные о гендерном составе жертв, женщины столкнулись с особенно тяжёлыми испытаниями, которые усугублялись пренебрежительным отношением и изоляцией, как рассказали в интервью более полудюжины врачей, спасателей и женщин из районов, пострадавших от землетрясения.
В Афганистане наблюдается острая нехватка медицинских работников и, в частности, женщин в этой сфере. В прошлом году «Талибан» ввёл запрет на обучение женщин медицине. Нехватка женщин-врачей и спасателей стала особенно очевидной после землетрясения.
Женщины и девочки в Афганистане сталкиваются с одними из самых жёстких ограничений в мире при правлении талибов, которые пришли к власти четыре года назад и с тех пор не отступили ни на шаг, несмотря на то, что большая часть мусульманского мира, бесчисленное множество правозащитных организаций и таких учреждений, как Всемирный банк, предупреждали о долгосрочных последствиях такой политики для социальной структуры и экономики страны.
Девочкам запрещено ходить в школу после шестого класса. Женщины не могут далеко уехать без сопровождения мужчины, и им запрещено работать в большинстве сфер, в том числе в некоммерческих и гуманитарных организациях. Афганские женщины, работающие в агентствах ООН, неоднократно подвергались домогательствам, а в этом году им стали угрожать настолько серьёзно, что агентствам пришлось временно перевести своих сотрудниц на удалённую работу.
По словам очевидцев, в понедельник в Мазари-Шарифе, провинция Кунар, спасатели-мужчины не стали вытаскивать женщин из-под завалов или оказывать им первую помощь.Фото...Вакил Кохсар/Agence France-Presse — Getty Images
Журналистка New York Times, которая добралась до района Мазари-Шарифа на следующий день после землетрясения, не увидела ни одной женщины среди медиков, спасателей или гуманитарных работников, которые оказывали помощь пострадавшим. В одной из посещённых ею районных больниц не было ни одной сотрудницы женского пола.
Когда во вторник в пострадавшие районы начали прибывать медсёстры и гуманитарные работники, среди них было всего несколько женщин. За ними следовали солдаты, которые не позволяли журналистам задавать им вопросы или фотографировать их.
Представитель Министерства здравоохранения, находящегося под контролем «Талибана», признал, что в пострадавших от землетрясения районах не хватает медицинских работников-женщин.
«Но в больницах Кунара, Нангархара и Лагмана работает наибольшее количество женщин-врачей и медсестёр, особенно для оказания помощи, пострадавшим от землетрясения», — сказал представитель министерства Шарафат Заман, говоря о наиболее пострадавших провинциях.
По словам Айши, по состоянию на четверг, почти через четыре дня после землетрясения, в её деревню не приехала ни одна женщина-волонтёр. Она и её трёхлетний сын провели последние три ночи под открытым небом, так как из-за дождя, который шёл последние несколько дней, она не могла добраться до убежища или города, где работает её муж.
«Бог спас меня и моего сына», — сказала Айша. «Но после той ночи я поняла: быть женщиной здесь — значит быть последней, кого увидят».
По материалам The New York Times
