Смена власти в Германии обычно проходит без помпы, в отличие от Франции или Америки. Утро 6 мая должно было стать рутинным финальным этапом передачи власти Фридриху Мерцу в качестве канцлера путём голосования депутатов Бундестага, нижней палаты парламента. Приведя свой блок Христианско-демократических партий к победе на февральских выборах, а затем заключив коалиционное соглашение с Социал-демократической партией Германии (СДПГ), Мерц просто нуждался в большинстве голосов депутатов, чтобы стать канцлером. Партия Мерца и Социал-демократическая партия Германии вместе набрали 328 голосов в палате, состоящей из 630 мест - это большинство казалось небольшим, но безопасным. Но когда Юлия Клёкнер, председатель Бундестага и союзница Мерца, объявила результаты, это стало сенсацией. Мерц набрал всего 310 голосов, не дотянув до большинства на шесть голосов. По меньшей мере 18 депутатов от его коалиции проголосовали против него.
DPA/The Economist
Это голосование спровоцировало многочасовые политические интриги и споры о парламентских правилах, чтобы можно было быстро провести повторное голосование. Мерц получил большинство голосов во второй раз, заручившись поддержкой 325 депутатов. Облегчение, которое читалось не только на его лице, но и на лицах множества депутатов, выстроившихся в очередь, чтобы поздравить его, было ощутимым. В стране, которая ценит стабильность превыше почти любой другой политической добродетели, шокирующее поражение Мерца в первом туре, первое подобное поражение избранного канцлера в истории послевоенной республики, на короткое время поставило Германию в политическое затруднительное положение. После поражения Мерца в первом туре Маркус Зёдер, глава Христианско-социального союза, баварской партии-партнёра христианских демократов, предупредил, что голосование может стать «предвестником Веймарской республики» — отсылка к периоду политической нестабильности, который характеризовал годы до прихода нацистов к власти.
Это было натяжкой. После второго голосования сегодняшняя драма выглядит скорее, как недоразумение, чем как кризис. Но она может оставить глубокие раны. Мерц уже непопулярен, только около трети немцев считают его подходящим канцлером, так или иначе, многие убедились в том, что сомневались в его надёжности. Его грандиозные амбиции продемонстрировать, что, по его словам, “Германия вернулась” в Европу — в будущем он намерен совершить символические визиты в Париж и Варшаву в свой первый полный рабочий день на посту президента, безусловно, получили одобрение за рубежом. Но шаткие основы его власти внутри страны теперь стали очевидны, подрывая его авторитет и ограничивая его возможности для маневра в Европе и за ее пределами. Тем временем главы парламентских фракций коалиционных партий самым позорным образом продемонстрировали свое бессилие. Если следующее правительство не сможет заручиться голосами своих собственных депутатов, его законодательные предложения будут шаткими.
Кто несёт ответственность за этот провал? Голосование канцлера тайное, так что виновных, возможно, никогда не найдут. Но подозреваемые есть на каждом углу. Мерц никогда не пользовался большим уважением в своей собственной партии. Многие в ХДС, уже разочарованные их неубедительной победой на выборах, были недовольны его решением сразу после голосования изменить конституцию, чтобы увеличить расходы. Другие считают, что он слишком много уступил СДПГ в ходе переговоров о коалиции. Но и в СДПГ есть недовольные. Некоторые считают, что вина может лежать на депутатах, недовольных тем, как быстро Ларс Клингбайль, сопредседатель СДПГ и назначенный вице-канцлер и министр финансов, укрепил свою власть и отодвинул своих соперников на второй план.
В любом случае, в каком-то смысле эта драма стала достойным завершением долгого и тернистого пути Мерца к посту канцлера. Ему потребовалось три попытки, чтобы стать лидером своей партии, а в 2000-х годах он и вовсе ушёл из политики, проиграв внутрипартийную борьбу своей главной сопернице Ангеле Меркель, но неожиданно вернулся в 2018 году. В 2023 году Мерц торжественно пообещал положить конец «хаосу», который царил во время правления предыдущей коалиции «Светофор» под руководством Шольца. После сегодняшней драмы в Бундестаге это обещание может показаться слегка пустым.
По материалам The Economist
