Пересекающиеся амбиции Анкары и Тель-Авива в Сирии свидетельствуют о совпадении интересов, которые используют крах страны, чтобы изменить регион в свою пользу. Кто хитрее: евреи или турки?
Коллаж The Cradle
Недавно завершившаяся война Израиля в секторе Газа обнажила амбиции правительства премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху по расширению территориального охвата оккупационного государства в Палестине и в более широком регионе.
Это стремление проявляется на фоне внутренних дебатов о сущности так называемого еврейского государства — дискуссия, которая началась задолго до операции «Наводнение Аль-Акса» в 2023 году, во время противостояния Нетаньяху с Верховным судом, и продолжается по сей день.
Стремление Израиля к экспансии. Программа «Ключевой момент»: о карте «Великого Израиля» и его планах экспансии Западного берега реки Иордан
Намерения Тель-Авива быстро воплотились в действия. Правительство продемонстрировало решимость вновь оккупировать Газу, расширило своё влияние на юг Ливана и взяло под контроль значительную часть горы Хермон и региона Кунейтра в Сирии. Политики и комментаторы в Израиле открыто призывают к расширению поселений в этих районах, что отражает давнюю стратегическую и идеологическую повестку.
Карта, показывающая сирийские территории, захваченные израильскими военными после падения предыдущего сирийского правительства. The Cradle
Эти шаги резко контрастируют с неоднократными призывами арабских стран и стран с мусульманским большинством к решению на основе двух государств, которое требует, чтобы Израиль вернулся к границам, существовавшим до 1967 года. Тем временем израильские власти остаются непоколебимыми в своих планах по укреплению контроля над Западным берегом и официальной аннексии сирийских Голанских высот.
Поворот Сирии после ухода Асада
Недавние события в Сирии демонстрируют растущее стремление Израиля к экспансии. После отъезда президента Сирии Башара аль-Асада из Дамаска в прошлом месяце Израиль начал самую масштабную воздушную и наземную операцию в Сирии с 1974 года.
В официальных заявлениях Израиля всё чаще упоминаются внутренние дела Сирии. Министр иностранных дел Исраэль Кац недавно оправдал вмешательство необходимостью «защитить сирийские меньшинства», такие как курды и друзы, что свидетельствует о более широких стратегических амбициях.
Глава МИД Израиля Исраэль Кац. EPA/ТАСС
Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган также высказался по этому поводу, предупредив, что неконтролируемая экспансия Израиля может распространиться «вплоть до Анатолии». Раздробленность Сирии сделала эту страну общим интересом Анкары и Тель-Авива.
В прошлом месяце речь избранного президента США Дональда Трампа, казалось, подтвердила давние стремления Турции в Сирии, когда он упомянул «недружественное поглощение» страны, которого Турция хотела «тысячи лет». Он также намекнул на то, что повстанцы являются марионетками Турции, заявив: «Те люди, которые вошли в страну, контролируются Турцией».
Разделенная Сирия
Сирия все больше становится ареной для фрагментации геополитической борьбы. Турция и Израиль, похоже, делят сферы влияния, а не идут к прямой конфронтации. Де-факто лидер Сирии Ахмад аль-Шараа (ранее известный как Абу Мохаммад аль-Джулани) уже заверил Израиль в своём намерении избежать конфликта, намекнув на то, что предпочитает сосуществование конфронтации.
Лидер Сирии Ахмад аль-Шараа, ранее известный как Абу Мохаммад аль-Джулани. Reuters
Это соперничество отражает более широкие международные интересы в стратегически важном регионе Сирии, в самом сердце Леванта, соединяющем Персидский залив, Турцию, Азию и Европу. На протяжении многих лет в ситуацию вмешивались влиятельные игроки, в том числе Иран, Россия, США и Израиль, каждый из которых стремился защитить свои интересы в стране.
Карта, показывающая текущее распределение контроля на сирийских территориях. The Cradle
Турция в значительной степени полагалась на экстремистов из «Хайят Тахрир аш-Шам» (ХТШ, признана террористической и запрещена в России), связанной с «Аль-Каидой» (признана террористической и запрещена в России), чтобы продемонстрировать свою силу, что привело к таким символическим победам, как молитва главы турецкой разведки Ибрагима Калина в мечети Омейядов и громкая встреча министра иностранных дел Турции Хакана Фидана с Шарой на горе Касьюн в Дамаске.
Тем временем Израиль изучает собственные инструменты для вмешательства. Постоянный поток сообщений о зверствах боевиков ХТШ против меньшинств может дать Израилю повод для более активного участия.
Региональное видение Нетаньяху
Амбиции Нетаньяху не ограничиваются Сирией. На встрече с Эрдоганом в Нью–Йорке, состоявшейся 7 октября 2023 года, лидеры двух стран обсудили возобновление проекта строительства газопровода Хайфа-Джейхан для экспорта газа. Хотя осуществимость этой инициативы остается неопределенной, она подчеркивает их взаимную заинтересованность в использовании географии Сирии.
Нетаньяху также последовательно подчеркивал необходимость контроля над Западным берегом в рамках своего видения укрепления “еврейского государства”. Недавние призывы Израиля вернуть Синай и сохранить стратегические позиции на юге Ливана подчеркивают более широкую повестку дня по расширению влияния под прикрытием защиты меньшинств.
Эта стратегия, иногда именуемая “альянсом меньшинств”, является постоянной темой политики оккупационного государства в Западной Азии. Турция также использует сектантские движения для расширения своего влияния.
Турецкие флаги развеваются на севере Ливана, в то время как боевики «Хайят Тахрир аш-Шам» устраивают парады в сирийском Дейр-эз-Зоре. Лидер ливанских друзов Валид Джумблат встал на сторону Анкары, в то время как друзский шейх Мувафак Тариф в Израиле выступает за сотрудничество с Тель-Авивом, что отражает раскол в регионе из-за конкурирующих лояльностей и стратегических союзов.
«Мы должны передать конфронтацию с Израилем будущим поколениям», Валид Джумблат. arabic.rt.com
Израильские официальные лица также постоянно призывают к созданию союзов с сирийскими курдами, в то время как Франция и Германия стремятся наладить контакты с сирийскими христианами, курдами и алавитами. Эти действия побудили министра иностранных дел Турции Хакана Фидана иронично раскритиковать вмешательство Парижа в дела Сирии.
Эти манёвры вызвали жаркие споры среди сирийцев, а платформы социальных сетей стали полем онлайн-баталий для обсуждения будущего страны. Некоторые выступают за светское управление, в то время как другие призывают к разделу страны или защите прав меньшинств.
По данным Israel Hayom, израильские официальные лица рассматривают возможность проведения конференции по разделению Сирии на кантоны, что свидетельствует о растущем интересе Тель-Авива к изменению границ региона. Министр энергетики Эли Коэн предложил провести региональную конференцию для стабилизации Сирии, что облегчило бы возможный вывод израильских войск и обеспечило бы защиту стратегических интересов.
Соперничество в Средиземноморье
Конечной целью Нетаньяху, по-видимому, является расширение контроля Израиля над Сирией с использованием альянсов меньшинств для оправдания вмешательства. Одновременно Эрдоган стремится утвердить свое господство с помощью исламистских блоков, создавая сложную сеть конкурирующих интересов.
На фоне этих событий Ливан превратился в центр более широкого средиземноморского соперничества. Первый официальный визит новой администрации страны состоялся на Кипр, куда Италия и Греция направили первоначальные приглашения. Это совпало со встречей наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бен Салмана (MBS) с президентом Греции и подписанием двустороннего стратегического соглашения.
После многих лет ослабления влияния в Ливане Саудовская Аравия, реагируя на турецкую экспансию, возобновляет свое влияние в стране среди своих традиционных суннитских союзников и других сект, в частности, посол Саудовской Аравии встретился с Исламским советом алавитов в Триполи и поддержал кандидатуру бывшего командующего армией христианина Джозефа Ауна как новый президент Ливана. Эти шаги являются частью новой стратегии Эр-Рияда в Восточном Средиземноморье, направленной на то, чтобы помешать попыткам Анкары добиться доминирования.
Борьба за Сирию и регион в целом больше не ограничивается военными действиями, а превратилась в более масштабную борьбу за экономическое и политическое господство. Сирия останется ключевым, хотя и раздробленным государством, зажатым между амбициями региональных и мировых держав.
По материалам The Cradle
